Версальские раритеты События

Версальские раритеты

Стефани д’Устрак вернулась в Москву

Фестиваль «Опера Априори» продолжает удивлять изысканной программой. Инструментальные фрагменты и арии из опер Шарпантье, Люлли, Кампра, Рамо – французское барокко, да еще в таком количестве – это заявка на настоящий эксклюзив.

Протагонисткой памятного вечера стала певица, уже знакомая столичным меломанам. Французское меццо-сопрано Стефани д’Устрак дебютировала на фестивале «Опера Априори» в 2014 году. Тогда, вопреки своей барочной специализации, она привезла огромную программу из опусов Гектора Берли­оза.­ На этот раз д’Устрак предстала в более органичном для себя репертуаре – вновь на территории родной французской музыки, но в стилистике, гораздо более подходящей ее данным.

Вокальная часть концерта оказалась поистине грандиозной: д’Устрак исполнила восемь больших арий из опер «Медея» Шарпантье, «Кастор и Поллукс», «Паладины» и «Ипполит и Арисия» Рамо, «Армида» Люлли, «Танкред» Кампра, а на бис несколько неожиданно (и в плане стилистики, и в плане нераритетности) – хитового глюковского «Орфея» («J’ai perdu mon Eurydice»). Столь обширная экспозиция образов продемонстрировала широкие вокальные и актерские возможности певицы: патетика сменялась меланхолией, острый драматизм – нежным лиризмом, горестные ламентации – бравурными фиоритурами.

Голос солистки – меццо европейского, барочного типа; аккуратное, относительно легкое, хотя и не лишенное альтовой терпкости, оно все же очень далеко от традиционных русских представлений об этом типе голоса. Владение своим инструментом ­д’Устрак продемонстрировала изрядное, но главным, пожалуй, было не это – приятно удивила глубина проникновения в исполняемую музыку, одухотворенность и цельность создаваемых образов, способность увлечь зал, в общем-то, практически совсем неизвестной для него музыкой. Большинство образов вечера, так или иначе, были связаны с трагическими красками, и мастерство перевоплощения в страдающих (каждая по-своему) героинь было феноменальным: д’Устрак убеждала в каждой фразе, в каждой паузе, в каждом акценте. Из этой галереи сильных ролей трудно выделить то, что получилось особо. Все спетые арии предстали впечатляющими музыкально-драматическими сценами, полными живой эмоции, которой трудно было ожидать от столь рафинированной и далекой от нас музыки. Тем не менее, стоит особо упомянуть арии из опер Рамо, исполненные с особым блеском и самоотдачей, – Федры из «Ипполита и Арисии» и Аржи из «Паладинов».

Верным союзником артистки на протяжении всего вечера был камерный оркестр Musica Viva Александра Рудина, чья барочная специализация все расширяется и углубляется. Деликатный аккомпанемент обеспечил счастливое доминирование вокальной строчки, но зато в собственных сольных высказываниях рудинцы демонстрировали и яркую экспрессию, и собственное понимание барочной стилистики. Например, трехчастная сюита из оперы Рамо «Кастор и Поллукс» прозвучала очень бодро, бойко, остро. В девятичастной сюите из оперы Люлли «Мещанин во дворянстве» Александр Рудин взялся за бубен, и исполнение опуса наполнилось яркой экспрессией, почти дискотечным акцентированием остинатности. В Пассакалии Шарпантье худрук сел за виолу да гамба, продемонстрировав виртуозное владение старинным инструментом. Рудинцам не в меньшей степени, чем солистке, удалось воссоздать в зале имени Чайковского атмосферу версальских празднеств, полную изящества и прихотливости, но при этом не лишенную выразительности и глубины подлинных чувств.

Не Болдинской единой События

Не Болдинской единой

Вторая половина сезона в Нижегородском театре оперы и балета имени А.С.Пушкина проходит весьма бурно

Неиспанские страсти События

Неиспанские страсти

Пока в Перми и Екатеринбурге откатывают произвольную программу с операми Рамо и Мартину, Самарский театр для своей единственной оперной премьеры сезона выбрал название из программы обязательной

Небожитель События

Небожитель

Москва проводила в последний путь легендарного дирижера Геннадия Рождественского

Весенняя «Пахита» в «Оживленном саду» События

Весенняя «Пахита» в «Оживленном саду»

На сцене МАМТ состоялся вечер «В честь Петипа»