Сердцебиение музыки События

Сердцебиение музыки

Баронесса Анна Тереза Де Кеерсмакер в рамках фестиваля «Черешневый лес» показала на сцене МАМТ свой знаковый опус «Дождь» в исполнении руководимой ей бельгийской компании Rosas

В прошлом году в Москве был впервые представлен знаменитый спектакль Кеерсмакер «Фаза. Четыре движения на музыку Стива Райха» для двух танцовщиц, где известный хореограф выступила и в качестве исполнительницы. Ныне на гастроли приехала ее компания Rosas со спектаклем «Дождь» – и снова на музыку Райха. Это стало отличным продолжением не так давно начавшегося знакомства московского зрителя с творчеством влиятельной представительницы европейского современного танца.

Пластические университеты Кеерсмакер прошла в бежаровской школе «Мудра» в Брюсселе. А в двадцать один год отправилась в поисках новых творческих форм в Америку в Tisch School of the Arts Нью-Йоркского университета. В Нью-Йорке она попала в водоворот американского авангарда. Америка зарядила Кеерсмакер жизненным драйвом и уготовила судьбоносную встречу с американским композитором Стивом Райхом, оказавшим сильное влияние на ее восприятие звука и ритма.

Минималистская «Музыка для восемнадцати музыкантов» Стива Райха озвучивает 70-минутный опус Кеерсмакер (по продолжительности формат чуть ли не футбольного матча). Музыкальное сопровождение обеспечил ансамбль Ictus. Сценограф опоясал пространство плотной «паутиной» дождевых нитей, свисающих с гигантского кольца под колосниками.

Америка зарядила Кеерсмакер жизненным драйвом и уготовила судьбоносную встречу с американским композитором Стивом Райхом, оказавшим сильное влияние на ее восприятие звука и ритма

Световая партитура представлена множеством оттенков серого цвета. Повседневные платья и брюки с майками определяют абстрактно-­урбанистическую сферу. В пульсирующей перпетууммобильной вневременной вселенной Райха нет звуковысотных или ритмических ограничений, его паттерны и инструментовка абсолютно оригинальны. Именно музыка вдохновляет хореографа на захватывающие эксперименты со сценическими временем и пространством. Насыщенная пластическая партитура, в которой с виртуозной изощренностью геометра Кеерсмакер варьирует разнообразные ансамблевые комбинации, отражает партитуру музыкальную с ее брутальной имитацией несущегося времени, длительным тонусом звуковых вибраций, некоей завораживающей фантасмагорией, впечатляющим полиритмическим блеском и паттерновой бесконечностью.


Трехголосная инвенция

Полностью слитная с музыкой лексика Кеерсмакер тождественна монотонной неповторимости морского прибоя, когда накатывающая волна уникальна в каждом новом страстном объятии прибрежного камня. В эмоциональных паттерновых повторах Райха хореограф слышит пульс музыки и постановочно излагает кинетический момент рождения движения. При всей абстрактности и кажущейся импровизационности спектакля в его концепции улавливается некая интрига, а логически он выстроен безупречно.

Плодородная база Кеерсмакер – это достижения американского модернизма и постмодернизма. Среди траекторий непрерывного и, на первый взгляд, хаотичного бега, а также педантично выверенных перестроений просматриваются принципы алеаторики и расширения границ координационных возможностей человеческого тела, элементы контактной импровизации, смещение центра тяжести с нарушением вертикальной оси вплоть до экстре­мального положения падающей «пизанской башни», спортивные приемы.

Несмотря на видимость повторяемости движений, они несколько видоизменяются, развиваются и каждый раз переходят в новый, свежий композиционный рисунок, за которым увлеченно может следить зритель. Кеерсмакер соединяет воедино дыхание музыки и дыхание танцовщиков. Ликующее действо этого коллективного спектакля (плоть от плоти искренне оптимистичного по природе, как и американское искусство в целом) предусматривает гармоничное сочетание индивидуального вектора физической вовлеченности танцовщиков и идеальной ансамблевой чуткости. Уникальность «Дождя» и в том, что автору удается дансантными средствами подчеркнуть выразительные достоинства минималистского языка Стива Райха, остающегося все еще диковинной формой слухового восприятия для многих почитателей танца.

Нина Стемме: <br>Бельканто –  ​основа Вагнера События

Нина Стемме:
Бельканто – ​основа Вагнера

В Шведской Королевской опере в Стокгольме состоялась церемония вручения Приза Биргит Нильссон, обладательницей которого стала всемирно известная сопрано Нина Стемме

Знакомый незнакомец События

Знакомый незнакомец

В столице Приволжья завершился масштабный фестиваль «Другая музыка. Пярт»

Московский «Цирюльник» События

Московский «Цирюльник»

Большой театр после долгого перерыва вернул в репертуар «Севильского цирюльника» Джоаккино Россини – ​оперу, которую невозможно не любить и которую так трудно хорошо спеть и свежо поставить

В мечте о свете и покое Без рубрики

В мечте о свете и покое

Историческая реконструкция последнего концерта Чайковского в Большом зале Московской консерватории