Рихард Штраус <br>Лондонский филармонический оркестр <br>Владимир Юровский <br>LPO <br>CD
Релизы

Рихард Штраус
Лондонский филармонический оркестр
Владимир Юровский
LPO
CD

Лондонский филармонический оркестр продолжает издавать записи, сделанные в разные годы с Владимиром Юровским. Часть антологии музыкального сотворчества была представлена ранее в роскошном подарочном комплекте, приуроченном к десятилетию дирижера в статусе худрука британского коллектива (см. «Музыкальная жизнь», 2018, № 2). Но «The Best of Jurowski & LPO», безусловно, гораздо шире, чем семь дисков музыки. Трибьют Рихарду Штраусу мог бы стать восьмой пластинкой, также продолжающей ретроспективу совместных исполнений, но был выпущен отдельно, что вполне оправдано.

Мастер по части сложносочиненных программ, Владимир Юровский и в этот раз не изменил себе: концепция «двухтомного» издания музыки Штрауса подчинена четко прослеживающейся драматургии. В гармоничной трехчастной композиции роль крайних, монолитных разделов отведена «Альпийской симфонии» и оркестровой музыке из поздней оперы Штрауса «Женщина без тени». Выразительный «Танец семи покрывал» – соблазнительный портрет в полный рост Саломеи, расположившийся между ними, – на первый взгляд легко принять за эффектное, но формальное интермеццо, однако его позиция на диске – в начале второго «тома» – словно подталкивает к следующему сочинению – одной из самых изысканных, символистских партитур в западноевропейском оперном репертуаре.

«Кто поднимается на высочайшие горы, тот смеется над всякой трагедией на сцене и жизни» – эта цитата из культового философского трактата «Так говорил Заратустра» могла бы стать эпиграфом к первому диску. «Альпийская симфония», программная композиция, описывающая день, проведенный в горах «от рассвета до заката», в действительности опосредованно опирается на философские труды и образы Ницше. Глубокие переживания Штрауса, связанные с уходом из жизни Густава Малера, подтолкнули его к написанию симфонического произведения, которое, как следует из дневников композитора, могло получить заголовок «Антихрист» (заимствованное как раз у Ницше). Симфония должна была олицетворять собой «нравственное очищение через собственные силы, освобождение через труд, поклонение вечной, величественной природе». И в этом шеф Лондонского филармонического, безусловно, видит ключ. Юровский в принципе всегда уделяет большое внимание музыкально-историческому контексту сочинения, и в этой последней из симфонических поэм Штрауса, на первый взгляд лишь внешне изобразительно-описательной, он выделяет философскую основу. Уходящая корнями в жанр программной симфонической поэмы XIX столетия, «Альпийская симфония» с ее живописной образностью предстает, с одной стороны, как размышление о духовном восхождении, а с другой – как горькое прощание с золотой эпохой немецкой симфонической музыки, с великолепием гигантского поствагнеровского оркестра, насыщенного самыми неожиданными тембрами и красками.

«Альпийская симфония» – самая свежая из представленных записей на диптихе – была сделана в 2016 году в Королевском фестивальном зале. Она захватывает с первых же тактов, цепляет поистине зрелищными эпизодами («На вершине» – тема, родственная фанфарному восходу солнца в «Так говорил Заратустра»; «Гроза и буря» – мощная, все сметающая на своем пути стихия) и созерцательными моментами (пасторальная «На горном пастбище», загадочная «Элегия», прощальная «Закат»). Но после того как солнце скроется за горизонтом и Альпы погрузятся во тьму, странствие не закончится. Идея духовного восхождения получит новый виток, и слушатель отправится в продолжительное, почти 50-минутное блуждание по сумеречным пространствам оперы «Женщина без тени», написанной по философской сказке Гуго фон Гофмансталя, одной из самых многозначных у Штрауса по сюжету и смыслам. Спустя тридцать лет после ее создания композитор собрал ключевые ее эпизоды в единую «оркестровую фантазию», совершенно самодостаточное произведение без участия человеческого голоса, но Юровский выбрал иной путь, по сути, составив собственную сюиту. В ней сложный событийный план оперы подчеркивается выразительными гармониями и различными стилевыми уровнями оркестровой партитуры – как аллюзиями с камерным барочным оркестром, так и полнокровным массивным «штраусовским» составом с участием таких экзотических звучаний, как стеклянная гармоника или китайские гонги, сближающих эту музыку с символическими образами сказок Гоцци. Музыка сумрачная, порой устрашающая, но и с фантастическими по красоте лирическими моментами (отдельно хочется выделить выразительное соло Кристины Блаумане, а также концертмейстера LPO – Петера Шёмана) практически не известна в России. Хотя бы по этой причине стоит уделить внимание этому релизу.