Чисто почитать События

Чисто почитать

Союз композиторов России провел «Композиторские читки» – трехдневный проект, в ходе которого молодые композиторы показывали свои сочинения опытным музыкантам и получали профессиональные наставления.

Как это проходило?

Никакой публики: в Малом зале Дома композиторов в Брюсовом переулке собрались только композиторы, исполнители и кураторы, несколько вольнослушателей. Здесь никто не обязан никому понравиться – выясняется только суть замысла, плюсы и минусы его воплощения.

Композиторы: двенадцать человек (и тринадцать партитур) из разных городов России, их партитуры отобраны из двадцати шести присланных в заявках. Большинство из тех, кого играли в первый день, еще не слышали этих своих сочинений в живом исполнении.

Исполнители: Московский ансамбль современной музыки (МАСМ), собаку съевший на исполнении современных партитур.

Кураторы: признанные современные композиторы, лекторы и педагоги. Их трое: Настасья Хрущёва, Юрий Воронцов и Дмитрий Курляндский. Они весьма разные, но так и задумано. «Мы не собираемся научить молодых композиторов и отправить их в одном направлении, – говорит генеральный директор Союза композиторов России Карина Абрамян. – Наоборот, пусть они послушают свою музыку в живом звучании, а потом узнают мнения о ней композиторов-кураторов – и сами решат, куда им двигаться. Союз композиторов России – платформа, на которой каждый свободен выбирать свой маршрут, а этих маршрутов сегодня море».

День первый: Читаем в темпе

Действительно, в первый день «Композиторских читок» были показаны сочинения молодых авторов, написанные с разных творческих позиций. С одной стороны, мы услышали простодушную поп-мелодию, слегка аранжированную для фортепианного трио, с другой – концептуальный опус, смахивающий на Терри Райли.

Музыканты МАСМ исполнили предложенные опусы не то чтобы с листа («я даже позанимался», – признался виолончелист Илья Рубинштейн), но впервые объединившись в ансамбль на глазах у самих композиторов. В этом и состоит суть формата reading («читки» – не путать с «чистками»), распространенного в Европе и Америке, а вот теперь введенного и у нас. Композиторы и исполнители вместе разбираются в новом произведении, говорят о вопросах формы, штрихов, темпов и характера игры.

Вместе с музыкантами в первый день «Композиторских читок» принимала товар композитор Настасья Хрущёва из Санкт-Петербурга, которая исключительно доброжелательно, внимательно, с юмором разобрала с каждым композитором детали его опуса и дала столько же ценных советов, сколько и музыканты МАСМ.

Свой разбор Настасья Хрущёва предварила лекцией под названием «Жара. Июль. Метамодерн: что не так с новой музыкой». Гостья выступила не только как композитор и мыслитель, но и как перформер. Ее тезисы сами по себе не веселили: лектор отмечала кризис академической музыки на фоне зашкаливающего количества информации, девальвацию профессионального качества на фоне повышения творческой активности любого желающего в интернете и, в целом, констатировала упадок авторского творчества и все парадоксы культуры, замешивая друг с другом мысли Жана Бодрийяра, Бориса Гройса, Александра Бренера и Владимира Мартынова так, как это принято делать в дискурсе арт-тусовки, но также сопровождая музыкальными интерлюдиями, соавторами которых становились Леонид Десятников, Леонид Гайдай, Виктор Цой и сама Настасья Хрущёва, в чьих фортепианных пьесах материал Микаэла Таривердиева казался изложенным в технике Филипа Гласса. При этом Настасья Хрущёва не печалилась и тараторила лекцию в темпе presto, как сорока, будто понимая, что опоздай ее мысль на полсекунды, она уже окажется неверной в потоке истории. Например, сегодняшний «метамодерн» в ее понимании требовал интенсивных смысловых колебаний между прямым высказыванием и пародией на это же самое прямое высказывание, а что будет завтра? Тут первое главное – не сбавить темпа, и второе главное – помнить про рефлексию и дистанцию, ни в коем случае не быть «внутри».

К концу первого дня «Читок» стало ясно, что молодым композиторам придется переварить три весьма разных по вкусу музыкальных рецепта – следом за Настасьей Хрущёвой их составили профессор Московской консерватории Юрий Воронцов, на которого была возложена задача побыть взвешенной золотой серединой, и лидер авангарда Дмитрий Курляндский, символизирующий (в противоположность Настасье Хрущёвой) принципиальные поиски авторского начала.


Генеральный директор Союза композиторов России Карина Абрамян

День второй: Музыкальную форму еще не отменили

Современные композиторы успели разделаться пока только с мелодией, гармонией и оркестровкой. Об этом стало известно на второй день «Композиторских читок», куратором которого стал Юрий Воронцов – один из самых знаменитых ныне действующих профессоров Московской консерватории, чью репутацию подтверждают систематические победы его учеников на композиторских конкурсах.

По сравнению с огненной радикалкой Настасьей Хрущёвой, сделавшей первый день «Композиторских читок», Юрий Васильевич предсказуемо выглядел традиционным хранителем профессии. Однако он оказался не менее современно мыслящим педагогом, кто указал на то, что ныне академический комплекс умений выпускника профильного композиторского вуза ничего не гарантирует, поскольку на композиторской территории стали успешно действовать дилетанты, не кончившие ровно ничего, отдаленно напоминающего консерваторию или Гнесинку.

Юрий Воронцов посоветовал будущим композиторам неустанно «сканировать» достижения авторов в смежных областях изобразительного искусства или литературы. В качестве исторических ориентиров Юрий Воронцов неоднократно приводил имена Альфреда Шнитке, Эдисона Денисова (которого называл «рыцарем современной музыки»), а также Николая Корндорфа: этому бескомпромиссному композитору Воронцов даже посвятил целое поучительное и прочитанное вслух эссе.

В своей лекции гуру Воронцов коснулся множества важнейших композиторских тем – от выбора удачного названия до безукоризненного оформления титульного листа. Анализируя опусы младших коллег, предоставленных ему для разбора, он ни разу не усомнился в выборе направления или стиля, но каждый раз находил точные подсказки для будущего развития идей ищущих авторов.

И, как на заказ, молодые композиторы во второй день «Композиторских читок» предъявили диапазон направлений: тут был и сумрачный опус петербургского интеллигента, влюбленного в секунды и терции, и сеанс китайского единоборства для флейты соло с самой собой. В последнем опусе блеснул флейтист Иван Бушуев, артист Московского ансамбля современной музыки (МАСМ) и просветитель молодых. Он веско и доходчиво объяснил подающим надежды композиторам, что даже самые смелые идеи могут быть адекватно отражены в нотации: мысль композитора и то, как она записана нотами, должны по возможности соответствовать друг другу. Тут в пример шли сочинения Лучано Берио, Тору Такемицу, Сальваторе Шаррино, Брайана Фёрнихоу и, конечно, Хельмута Лахенмана. Последний, со слов Ивана Бушуева, настаивал, что сочинитель партии там-тама должен досконально знать все произведения с участием там-тама, написанные кем-либо когда-либо до него.

Юрий Воронцов, выступая перед начинающими коллегами, тоже ссылался на известные имена. Пусть в музыке «незвуков» (оказалось, в Московской консерватории применяется такой термин, означающий предпринятое с середины ХХ века расширение исполнительских возможностей традиционных инструментов) отменены понятия мелодии, гармонии и инструментовки, но понятие формы доселе не забыто. И Воронцов привел в пример двух композиторов. Это было неожиданно и трогательно.

Один из этих двух композиторов – Георгий Дорохов, ныне покойный, не доживший до 30 лет. В своих ключевых произведениях он не употребил ни одного звука, традиционно считавшего музыкальным, даже и в произведении «Рондо» – только одни «незвуки». Тем не менее, когда Воронцов экзаменовал учеников на предмет досконального знания симфоний Моцарта, Бетховена, Чайковского и Шостаковича (а это означало помнить насквозь всю партитуру, не глядя знать каждую ноту и каждую деталь инструментовки в каждом такте), именно Дорохов оказывался самым знающим.

Второй, кто безупречно, по мнению Воронцова, чувствует контуры формы – Дмитрий Курляндский. (Курляндский, когда умер Георгий Дорохов, высказался: «Русская музыка потеряла своего крайнего левого».) В третий и последний день куратором «Композиторских читок» стал именно Дмитрий Курляндский.

День третий: Музыка разных сфер

Что общего у Беата Фуррера и песен Дэвида Сильвиана? Можно ли считать Штокхаузена учителем Björk? Зачем композитору анализировать техно и слушать FKA twigs? Эти вопросы звучали в Союзе композиторов России в финальный день «Композиторских читок», куратором которого стал Дмит­рий Курляндский, музыкальный руководитель Электротеатра Станиславский, известный своими концептуальными опусами. В своей лекции он говорил о преодолении инертности слушателя, выходе за границы привычного и нарушении конвенциональных правил композиции.

Подобрав необычные примеры из области академического авангарда и поп-музыки, классических электронных композиций и андеграунда, куратор вскрыл динамику развития этих, казалось бы, разных сфер и продемонстрировал схожесть процессов. Курляндский рассказал и о собственных взглядах на искусство последнего десятилетия, поделился с юными коллегами опытом участия в DJ-сетах и электронных проектах.

В обсуждении произведений участников «Читок» на reading-сессиях с МАСМ Курляндский обращал внимание на идейное наполнение и композиционный профиль опусов, призывал тщательно работать над материалом. Сочинения участников были разными: и work-in-progress, и уже исполненные ранее произведения. В целом в последний день «Композиторские читки» представляли широкий стилевой и жанровый диапазон – от дуэта скрипки и виолончели, где исполнители расслышали отсылки к произведениям Софии Губайдулиной, до экспериментального фортепианного квинтета, заигрывающего с тембрами и слушательскими ожиданиями.

Важно, что формат «Композиторских читок» предполагал не только наставления исполнителей и куратора, но и обсуждение произведений всеми присутствующими. Приятным сюрпризом стало участие в дискуссии Александра Хубеева, второго после Курляндского победителя композиторского конкурса Gaudeamus. Хубеев посоветовал молодым авторам не писать «в стол», а учиться понимать свою аудиторию.

Участник «Композиторских читок» – композитор из Екатеринбурга Роман Цыпышев

День грядущий:  Даешь композиторский креатив

«Композиторские читки» стали результативным начинанием. По их итогам трое участников оказались приглашены в ежегодную Международную академию молодых композиторов в г. Чайковском Пермского края, которая пройдет в сентябре 2018 года. Некоторые сочинения участников публикуются издательством «Композитор» в нотном приложении к журналу «Музыкальная академия». Некоторые прозвучат в Московской консерватории: концерт 6 декабря 2018 года будет посвящен как раз 85-летию этого научного журнала.

Есть перспектива и у самих «Композиторских читок»: их формат можно расширять и дополнять. Одним из вариантов может стать разбор не чисто инструментальных, а вокальных и вокально-инструментальных сочинений молодых композиторов. Тогда в ролях мастеров могли бы выступить не только музыканты-инструменталисты, но и певцы, имеющие опыт исполнения современной музыки разных направлений – от консервативных до радикальных, а также педагоги вокала. В качестве кураторов стоило бы привлечь композиторов, поднаторевших в оперной и вокальной музыке.

Тогда предметом разговора стала бы, с одной стороны, вокальная техника и нотная запись певческих приемов, а с другой – выбор композитором литературного текста. Одно это уже означало бы включение музыки в контекст литературы, поэзии и культуры в целом.

Эта тема эпизодически затрагивалась уже и на прошедших «Композиторских читках» – потому что в их ходе обнаружилась знакомая проблема: композиторы, вполне подготовленные в профессиональном плане, вместе с тем наивно относят сочинение музыки к способам душевного самовыражения. Они не умеют объективировать свои замыслы и формулировать их на словах, они не позиционируют свои проекты в пространстве современной культуры.

Найти музыкальную идею, которая эффектно звучит в словесном пересказе и хорошо усваивается сознанием потребителя культуры, умеют считанные единицы. Даже изобретение названия дается композитору нелегко. Он предпочитает как можно скорее миновать неприятную стадию концептуального обдумывания своего будущего опуса и перей­ти к тому, чему он хорошо обучен, – писанию нот. В этой стихии ему спокойно и вольготно, его не беспокоят тревоги внешнего мира. А в результате появляется тьма произведений, нередко профессионально сделанных, о которых ничего нельзя сказать. Они не символизируют ни один тренд, они не уложены ни в одну нишу. Их местоположение в человеческой культуре попросту не запланировано.

Креатив – ключевое понятие современной культуры – в равной степени необходим арт-проектам, рекламе и дизайну, созданию сетей и городской инфраструктуры. Без него не имеет шансов на успех и композиторское творчество. Однако до сих пор типичный композитор – это хорошо обученный музыкант с невнятной интеллектуальной позицией. Дело слегка меняется к лучшему, если рядом с ним находится музыковед или критик, способный придумать за композитора смысловую часть его деятельности. И нужно сказать без ложной скромности, что некоторые композиторские репутации были созданы при активном участии СМИ. Вместе с тем мы, критики, мало действовали в качестве кураторов – а ведь могли бы помочь творческим собратьям выступить более целенаправленно.

Конечно, сегодня ситуация уже гораздо приятнее, чем 10–15 лет назад: появилось много сильных композиторов, успешно вписавшихся в общекультурную картину. Теперь каплю пользы в этот процесс смогут принести и «Композиторские читки».

Путешествие с <br>О-Нацу События

Путешествие с
О-Нацу

В Москве, Саратове, Твери и Боровске прошли показы оперы современного японского композитора Иссэя Цукамото

Лишь бы не было войны События

Лишь бы не было войны

Константин Кейхель поставил в Воронежском Камерном театре танцспектакль «Безмолвная весна»

Исповедь ловеласа: о людях и не только События

Исповедь ловеласа: о людях и не только

На фестивале «Видеть музыку» состоялась московская премьера оперы «Ловелас»

Вокальный звездопад События

Вокальный звездопад

Премией «Casta Diva» наградили в «Новой Опере»