Чайковский Симфонии <br>№№1, 2 и 5 <br>Ливерпульский королевский филармонический оркестр<br> Василий Петренко <br>ONYX Релизы

Чайковский Симфонии
№№1, 2 и 5
Ливерпульский королевский филармонический оркестр
Василий Петренко
ONYX

Бокс стал лучшим в номинациях «Запись года» и «Лучшая оркестровая запись года» по версии BBC Music Magazine, обойдя Третью Малера под управлением Хайтинка и «Аиду» с Паппано. Такой успех объясним покоряющей непосредственностью и витальностью записи. 42-летний шеф Ливерпульского оркестра не боится играть Чайковского со всей полнотой чувств, как в первый раз, без оглядки на замороченные концепции, не теряя при этом ни грамма в качестве, – за что его коллектив английские критики с восторгом называют лучшим «русским» оркестром Великобритании. Прекрасный звук, роскошное длинное дыхание в кантилене, острое чувство музыкального сюжета и азарт музыкантов моментально захватывают слушателя.

Неудержимая энергия Петренко местами лишает «Зимние грезы» привычной романтической рефлексии, особенно в первой части, где вместо меланхоличного созерцания пейзажа герой скорее наслаждается лихой ездой на тройке с бубенцами. Тем выразительнее тягучая нега Adagio cantabile с изумительными перекличками деревянных духовых и по-матерински ласковым напевом виолончелей. В скерцо оркестр не несется сломя голову (как можно ожидать после первого Allegro), а тонко прочерчивает изысканные морозные узоры. В финале рельефность формы рождается благодаря впечатляющим образно-стилевым контрастам: полная печали бурлацкая песнь во вступлении сменяется торжественной, но без пафоса, главной темой, а затем плясовой, которую оркестр играет, отдаваясь веселью всей душой, да так, что временами чувствуешь себя на танцполе. Очень эффектны стремительные молнии-фугато, буквально электризующие движение.

Вторая симфония не считается шедевром, но именно поэтому ее запись самая впечатляющая из трех. Петренко не стремится оправдать неровность материала, а преподносит его с любовью как есть: и все звучит! Интерпретацию RLPO отличает театральность, обычно нивелируемая, но здесь ставшая ключом к внутреннему миру симфонии. В первой части слышны таинственные зовы в духе пантеизма Римского-Корсакова, вторая – причудливое шествие (на материале марша из уничтоженной «Ундины», о несчастной судьбе героини которой напоминают щемящие душу реплики скрипок), а образы виртуозного скерцо, кажется, прорастают из характерных пьес «Детского альбома», обретая симфонический размах. Блестящий финал как влитой встраивается в сказочно-театральную линию, идущую от Марша Черномора через корсаковских скоморохов к Шествию Шемаханской царицы – благодаря чуткости дирижера все это сосуществует у Чайковского на законных основаниях, и мистический удар гонга (часто смешной и неуместный) кажется абсолютно естественным. Оркестр играет так, будто это лучшая музыка в мире, и ему веришь.

К Пятой симфонии сложнее добавить что-то новое, но Петренко это удается. Он вмещает в нее все скорби, слезы и страхи, завещанные композитором, но создает музыку не об обреченности, а о воле к жизни. Поэтому так убедительно звучит жизнеутверждающий финал, который нередко выходит натянутым. Могильным холодом веет только похоронный хорал низких струнных в начале Andante, а дальше – меланхоличное, но полное надежды соло валторны и благородная сдержанность светлого вальса.

Запись Петренко и RLPO остальных трех симфоний стала диском месяца по версии «Граммофона» в марте 2018; о цикле уже говорят, как о самой интересной записи Чайковского своего времени, и с нетерпением ждут его завершения. А мы будем ждать, что Василий Петренко, главный приглашенный дирижер ГАСО, порадует Москву своим прочтением русского классика.